Архив

2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1998
1997

Священник в третьем поколении



Имя протоиерея Иоанна Шенрока и Рижского хора православной музыки, регентом которого он является, уже давно известны за рубежом. Хор выступал в России, Франции, Германии, Швеции, Польше... Сейчас в музыкальных кругах мира хор и его регента связывают с одной из самым грандиозных премьер - в 1999 году в Риге прозвучит оратория Апокалипсис композитора Владимира Мартынова на текст Откровений Иоанна Богослова. Постановку осуществляет Юрий Любимов. Вместе с рижанами выступит американский хор мальчиков. Об этом проекте уже прозвучало немало лестных эпитетов. Отец Иоанн Шенрок говорит, что польщен возможностью участия в этом культурном проекте, но хвалебные тирады о себе выслушивает со смущением. Не любит, когда на его жизнь и на его персону обращают внимание. Закончил Латвийскую музыкальную академию по классу хорового дирижирования, богословское образование получил в Московской духовной семинарии и академии.

Публичного внимания к себе вы, отец Иоанн, стесняетесь. А жизнь других людей - она интересна вам?

Я никогда не задумывался: интересна-не интересна... Ежедневно перед моими глазами проходит множество судеб верующих, но сказать: "Это чужие жизни", я не могу, даже произнести так чрезвычайно трудно. Их жизнь - это моя жизнь, их переживания - мои переживания. Иначе нельзя.

Мне кажется, должен существовать некий край переполненности чужими и страданиями, и радостями. Как ватерлиния у корабля, иначе ведь тот затонет...

Как же можно, неся такую службу (мы ведь не чиновники бюрократического аппарата), установить лимит сопереживанию? Можно ли сказать себе: "Все, сегодня моя душа достаточно настрадалась - доступ к ней закрыт!". Я даже в мыслях не могу себе позволить проиграть такой вариант. Хотя бывает тяжело (со вздохом). Очень тяжело. Помнится, в самом начале моего служения мне пришлось в течение одной недели и детей хоронить, и крестить в больнице девушку при смерти... У меня часто бывает такое ощущение, будто эта неделя и по сей день длится во мне. А как ко дну не пойти? Верить надо.

Светлее от этого в мире не становится...

Не становится, как ни печально это признавать. Люди тяжело живут, когда вне церкви находишься - этого не видишь.

А почему, по-вашему, такая высокая концентрация страдания заметна именно под сводами храмов?

Потому что в церковь чаще с горестями и бедами идут, чем с благодарением и радостью. Так, наверное, человек устроен. Гром не грянет, мужик не перекрестится. Поскольку всем сейчас живется не сладко, то и людской поток в божьи храмы увеличился. Но идут-то ведь не только те, кому недостает хлеба и кто остался с глазу на глаз со своей бедой, - к Богу обращаются и те, кто не хлебом пресытился, а деликатесами, и кто богатство уже нажил.

Индульгенцию об отпущении грехов хотят получить?

Грех ведь не является приметой социального положения и тем паче достатка. Этих людей приводит страх перед духовным тупиком, в котором они оказались. Вроде бы достигли того, что в состоянии купить полмира, а ходят перед стенкой - но дверей-то нету.

Вы их жалеете?

Я их не осуждаю.

Отец Иоанн, но церковь же не может гарантировать в этом бренном мире ни социальной защищенности, ни вечной любви земной!

Церковь поддерживает надежду - самое страшное, когда исчезает надежда. Церковь дает понять, что во всем есть промысел Божий и бояться ничего не надо. Страдания кажутся порой незаслуженными: прикованный к постели инвалид в чем виноват? В чем его грехи? В этом случае человек искупает грехи своих близких. Это высший подвиг.

Вы сами ничего не боитесь? Ни темных подворотен, ни темных мыслей?

Я боюсь высоты и замкнутого пространства.

Высоты птичьего полета или высоты первой вышки плавательного бассейна?

Ну, скажем, на балконе пятиэтажного дома я уже нехорошо себя чувствую.

И самолетами тоже не летаете?

Стараюсь избегать этого вида транспорта, потому что самолет для меня не только полет на высоте, но еще и то самое замкнутое пространство. Поэтому когда мы летели в США для того, чтобы обговорить участие американского хора мальчиков в проекте Апокалипсис, мне пришлось пережить немало неприятных минут.

Вы - священник в третьем поколении. Скажите: а могло статься так, что вы избрали бы иной путь?

Все могло бы быть. Но сейчас я думаю, что уже нет, не получился бы уход в другую жизнь. Хотя выбирать было из чего. Я учился музыке по классу скрипки и альта, а получив музыкальное образование, мечтал стать врачом. Но послушал мудрого человека, ныне уже покойного митрополита Леонида. Он сказал: "Это не твой путь!" - и благословил на регентство православного хора. А я-то сомневался, думал: священство от меня никуда не уйдет, сначала врачом поработаю... Тогда я стал самым молодым священником в русской православной церкви - моложе меня, 22-летнего, не было никого во всей патриархии тогдашнего Союза.

Ваш отец, будучи сам сыном священника, не настаивал на продолжении династии?

Ему и не надо было настаивать - доказательством служил каждый его прожитый день. У отца и сейчас есть чему поучиться. А мой дед попал в жернова сталинской машины: вождь народа определил ему 25 лет, но, отсидев полсрока, дедушка был реабилитирован. Человек он был сильнейшего духа! Знаете, как дед отреагировал на приговор? "По-моему, - сказал он, - мы попали в не очень хорошую ситуацию. Об этом, удивляясь, всегда вспоминали и старые священники, которые знали отца Николая: "25 лет - это, почитай, жизнь кончилась, а он: "Мы попали в не очень хорошую ситуацию...". Мой отец для меня образец порядочности. Я мог бы о нем столько лестных слов сказать, но неудобно как-то на всю страну... Да и папа будет смущаться. В нашем роду обе ветви, отцовская и материнская, привыкли прислушиваться к папе: как Серафим скажет, так и надо поступать.

А вот в мирской жизни действуют другие заповеди: не полагайся на чужие советы - ты все должен решать сам. О том, как заводить друзей, как влиять на людей и внушать им их собственную значимость, написаны современные катехизисы...

В духовной жизни важно послушание. Видимо, мне послал Господь человека, сказавшего, что мне делать и где лежит путь, мне предназначенный. Я побоялся тогда на себя надеяться. Правильно-не правильно, судить людям. Сам я, и это важно, понимаю: ничего другого в жизни мне и не надо. Остальное же пришло. Постепенно, но пришло. Я вновь профессионально стал заниматься музыкой, о чем уже и не мечтал. Конечно, это духовная музыка, музыка для богослужений.

А джаз, рок для вас никогда не существовали?

О, в музыкальном училище я активно играл в тогдашних поп-группах. Лет пятнадцать, наверное, предавался этой музыке...

Что любили исполнять?

Больше всего нравился рок. Это был пик рок-н-ролла.

Длинные волосы, конечно же, носили?

Старался поддерживать лишь намек на определенную длину, поскольку они, отрастая, выглядели не так уж красиво. Играл и выглядел соответствующе, хотя в голове моей постоянно звучало: "Все-таки ты сын священника". И наверное, это меня от многого хранило (задумчиво, словно воскрешая в памяти). Играл, играл... Сейчас, безусловно, жалею.

Почему "безусловно"? И о чем?

Можно было более продуктивно распорядиться своим временем. Читать больше, например.

А вдруг бы рок-звездой стали?

Да что вы! Слава Богу, что не стал! За то, что этого не случилось, можно только благодарить Господа Бога!

Вы сожалеете, что тогда мало читали. Какими книгами сейчас восполняете это упущение?

К сожалению, у меня есть время только на духовную литературу и на литературу, связанную с хоровой деятельностью и конкретно, с сакральной музыкой и музыкой богослужений. Последняя сейчас развивается как серьезная научная отрасль. Жизнь счастливо свела меня с корифеями этого направления - композитором Владимиром Мартыновым, профессором Успенским, иеромонахом Амвросием, да много их! - и общение с такими одаренными, энциклопедически начитанными специалистами подвигнуло и меня на эрудические раскопки. Потому что начинаешь говорить о музыке богослужений (мне казалось, уж я-то все знаю! Выступил в Ave Sol - значит, уже профессионал), и вдруг тебя ставят на место, ибо как мало, оказывается, ты знаешь! Мне говорили: "Как же ты занимаешься духовной музыкой, а не знаешь, что об этом сказали святые отцы?". Зато могу привести, упрямился я, что они другое говорили.

Это понятно, - соглашались мои собеседники. - А надо-то - о музыке! Здесь она - основа". Теперь вот и читаю, бывает, денно и нощно. Бывает, но и это - роскошь. Потому что, как и любому человеку, от быта никуда не деться.

Какой же быт у вас лично?

Квартира, где всегда что-то приходится делать и за которую платить надо. Автомобиль, который я, как правило, ремонтирую сам. Жизнь-то, она тоже продолжается. Живем же мы в миру.

Все, что положено мужчине в доме.. ...да, я делаю сам. И люблю это делать. Люблю, чтоб инструмент хороший был в руках. После переживаний, связанных со службой, такая работа как бы дает выход накопившимся эмоциям.

Вы постоянно соприкасаетесь с горем, но сколько в вас теплого обаяния! "Харизматический мужчина", - сказал о вас один мой знакомый.. (В притворном ужасе, закрыв лицо ладонями) Так и сказал?!

На фоне жутких катастроф, неизлечимых болезней и забвения добра вас пугают такие смешные вещи, как высота и клаустрофобия. А ведь проект Апокалипсис часто трактуют как публичное предостережение о конце света. Что такое Апокалипсис для вас, человека, который ближе других смертных стоит к его пониманию?

О-о! Говорить, будто священники ближе других стоят к пониманию... Нет! Теоретически, да, так должно бы быть. А уж кто ближе стоит к пониманию - одному Богу ведомо. Но я не воспринимаю сам Апокалипсис как предостережение: он для меня означает гармонию загробной жизни. Наверное, человечеству, как говорится в Апокалипсисе, много придется перед этим пострадать от наказания Божьего. Может, люди за оставшееся время и еще больше нагрешат... Как знать! Лично я воспринимаю грядущее как долгожданную гармонию Бога и человека, которая была нарушена. "Ни слез, ни печалей, ни болезней уже не будет, ибо прошлое все прошло" - этот последний фрагмент Небесный Иерусалим композитор как-то особенно прочувствовал, словно духом своим создал, а не просто сидел и ноты записывал. И сколько раз мы ни пели этот текст (некоторые части Апокалипсиса мы уже исполняли за границей и в Латвии), сердце трепещет так необъяснимо, так светло... Каждый должен знать: нет границы между адом и раем, и тот, кто благодаря своим добрым деяниям ближе всех к Богу, тот и будет пребывать в большей радости. Отдаленность от Бога и есть самая большая печаль.

То есть не пробьет колокол и не пойдет деления на праведников и грешников?

Возможно, так и будет, но чем дальше человек от Бога, тем ближе он к аду и тем сильнее будет его мука: была же возможность, была...

К сожалению, со времен Каина мир не удалось ни устрашить, ни исправить наказанием. Вы верите, что страх перед бездной заставит всех жить по заповедям Божьим?

Материальной границы перед бездной нет. Она в душе каждого. Можно ведь и сегодня жить так, терпеть такие напасти, которые и есть сущий ад. Конечно же, не страх и не гордыня должны двигать нами, а любовь. Сатирик Михаил Задорнов в одной телепрограмме сказал, что церковь - аппарат, а ему не нужны посредники между ним и Богом. Церковь установил Христос, и так может заявить лишь человек, никогда не сумеющий покаяться. Вот сегодня я крестил старого человека, прикованного к постели, который, раскаявшись, сам пришел к Богу. Я так счастлив, что на меня выпал этот обряд!

Отец Иоанн, мы и так живем в эпоху тотального покаяния! Исторического, атеистического, национального, морального...

Идея покаяния действительно стала модной. Но массового покаяния, покаяния целой страны я не понимаю.

Вас интересует политика как форма достижения справедливости? Православный священник в России с крестом на груди восседает в думе и не подставляет другую щеку в драке с оголтелым националистом...

Я политики сторонюсь. И не комментирую. Она сегодня настолько не интересна! Помните, у Достоевского: "Говорят люди - и все не про то...".

Вам приходилось отстаивать свое право на веру?

В школе нас, в основном моего брата и сестру (я-то уже учился во время большей терпимости к инакомыслию), не раз пытались как бы пригвоздить к позорному столбу: посмотрите на них, в церковь ходили, а в школе не были! В детские годы это очень болезненно переживалось. Но вот что интересно, мы с братом дружили почти со всей школой и были компанейскими ребятами. Поэтому когда начинали против нас очередную акцию, то за нас стоял весь класс. А когда учительница предложила объявить бойкот сестре как верующей и не разговаривать с ней, ее одноклассники объявили бойкот самой учительнице. Та учительница сейчас стала верующей, и сестра часто встречается с ней в церкви. Так что пути Господни неисповедимы. Но сейчас могу сказать, что мы с братом хлопот учителям немало доставляли.

Отец Иоанн, в миру вы одеты всегда очень элегантно: галстук, красивая сорочка, модное кашне...

А оказывается, это батюшка! По одежке встречают, хотите сказать вы? Но разговариваю-то я все равно со встречными как священник...

Автор: Татьяна Ярославская, Диена

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha